Z

X
Аукцион 81
Лот 8

«За дело, едва ли еще где в истории находящееся»

Медаль «За отменную храбрость при взятии Измаила» 11 декабря 1790 г., новодел. СПб монетный двор. Серебро, 16,28 г. Размеры 39,4×30,1 мм.

«Нижним чинам, в завоевании означенным городом участвовавшим, жалуем медаль с надписью: за отменную храбрость, поручая вам вновь объявить всем и каждому Монаршее к их усердию и неустрашимости благоволение», — предписывала императрица Екатерина в рескрипте, посланном 25 марта 1791 года генерал-фельдмаршалу Григорию Потемкину. Отличившимся офицерам полагался особый золотой крест с тем же прославлением. Речь шла о покорении сильнейшей на Дунае турецкой крепости Измаил. Прежде надписи на наградах героям войн с турками были предельно лаконичны: «Победителю» (на мир 1774 года), «За храбрость» (сражения за Очаков 1788 года), «За службу и храбрость» (офицерский крест за взятие Очакова). Всего одно слово, добавленное императрицей, свидетельствует о впечатлении, вызванном падением Измаила. Еще не зная всех подробностей, Екатерина писала князю Потемкину, что эту победу можно почитать «за дело, едва ли еще где в истории находящееся».

.

Генерал-аншеф Александр Суворов сам считал взятие Измаила исключительным успехом. В своей первой реляции он заявил: «Нет крепче крепости, отчаянее обороны», а позднее будто бы говорил: «На такой штурм можно пускаться один раз в жизни». Город был защищен мощным земляным валом высотой более восьми метров с семью бастионами и окружен широким рвом глубиной до 12 метров. За стенами, помимо местного гарнизона, собрались отряды из четырех павших дунайских крепостей — всего 35 000 воинов, не считая горожан, способных сражаться. В русской армии не знали о том, что турки готовы стоять до последнего — султан повелел в случае капитуляции Измаила казнить всех оставшихся в живых.

Под началом Суворова было 14 000 гренадеров, егерей и мушкетеров, 12 000 пеших казаков, 2500 конницы и 2000 волонтеров-арнаутов. Нет нужды подробно рассказывать о подготовке и ходе штурма, не раз описанного в исторической литературе. 10 декабря 1790 года прошла артподготовка. Ночью 11 декабря — дана команда идти на приступ. Накануне войскам зачитали приказ Суворова: «Два раза осаждала Измаил русская армия и два раза отступала; нам остается или победить, или умереть со славою». На штурм шли шестью колоннами, разделенными на два крыла; между всеми подразделениями были четко распределены задачи — кто и где атакует и кого как поддерживает. Со стороны Дуная готовился десант с речной флотилии — еще три колонны пехоты. Суворов рассчитывал, что на рассвете солдаты ворвутся в город. Так и случилось.

«Отпор был сильный, — сообщал Суворов в обстоятельном рапорте князю Потемкину. — Каждый шаг надлежало приобрести новым поражением, многие тысячи неприятеля пали от победоносного нашего оружия, а гибель его как будто возрождала в нем новые силы…». На время главными орудиями битвы стали штыки, пики и сабли. «То наши гонют, то турки наших рубят, — вспоминал генерал Сергей Мосолов, командовавший при штурме егерским батальоном (в чине майора). — Окончилось тем, что Бог нам определил быть победителями». В час пополудни город был взят, хотя бои с отдельными группами турок длились еще несколько часов. «Те из числа победителей, кои были на штурме Очакова, считали его игрушкою в сравнении с подвигом покорения Измаила. С изумлением смотрели они на глубокие рвы, на высокие крутые стены, на грозные укрепления, взятые ими, в темноте ночи, под градом пуль, под кинжалами и саблями отчаянных защитников города», — пересказывал впечатления «измаильцев» историк М.Богданович («Походы Румянцева, Потемкина и Суворова в Турции» — СПб, 1852).

Ф.И.Усыпенко. «Действия русской артиллерии во время штурма крепости Измаил в 1790г.» , 1950

Потери турок Суворов определил в 26 000 человек убитыми. Потери русских — 64 убитых и 253 раненых офицера (почти половина бывших в строю), 1815 убитых и 2450 раненых среди нижних чинов. Солдаты сами вознаградили себя за страшный риск. «После бою граф позволил нижним чинам в крепости брать все, кто что нашел, три дни», — писал Мосолов. Себе генерал-аншеф оставил только саблю коменданта Измаила, поднесенную гренадерами. Князю Потемкину он рапортовал: «почитаю себе прямым долгом засвидетельствовать твердость и мужество начальников и беспредельное усердие и храбрость всех чинов и ходатайствовать вашего благоволения и покровительства о воздаянии сотрудникам и товарищам моим».

Но награды за Измаил — ордена Св.Георгия и золотые кресты для офицеров, серебряные медали для рядовых и сержантов — были вручены с опозданием. 5 октября 1791 года генерал-фельдмаршал Потемкин скончался от лихорадки, не завершив мирных переговоров с турками. Как выяснилось, распоряжений о награждениях он почему-то не сделал. 31 марта 1792 года, спустя три месяца по заключении мира с Турцией, Екатерина подписала указ «О приведении в надлежащее исполнение рескрипта касательно вознаграждения подвигов генералов и прочих чинов, отличившихся при взятии города и крепости Измаила».

Подлинные медали «За отменную храбрость при взятье Измаила» — пожалуй, наиболее редкие среди солдатских и матросских наград времен русско-турецких войн. В музеях хранятся считанные экземпляры: например, в Государственном историческом музее — всего три медали. Причины такой редкости неясны. Медали за победу при Чесме и «За храбрость на водах Очаковских», коих изготовлено было по 5000 штук — в явно меньшем количестве, время от времени появляются на аукционах. Но медали за Измаил встречаются только новодельные — из серебра, бронзы и свинцово-оловянного сплава (отчеканены на Санкт-Петербургском монетном дворе во второй половине XIX века подлинными штемпелями).

Крест «За отменную храбрость» для офицеров, участвовавших в штурме Измаила 11 декабря 1790 г., копия. Изготовлен в 1960-1970 гг., художником-реставратором ГИМ Евгением Буторовым.
Аукцион № 44. Лот № 11
Золотой офицерский крест за храбрость при взятии Измаила, 11 декабря 1790 года. Золото, 30,74 г. Аукцион № 30. Лот № 5

Подлинных крестов «За отменную храбрость» нет даже в музеях. Вероятно, потому что, согласно установлению 1797 года, «по смерти Кавалеров разных наименований знаки оных» возвращались орденскому Капитулу. Писатель и коллекционер Владимир Грусланов в книге «Шпага Суворова», изданной в 1950 году, рассказал о находке золотого креста за Измаил с наградным листом: они были обнаружены в тайнике шкатулки, подаренной Артиллерийскому музею, где работал автор; реликвию передали в Ленинградский музей Суворова. Однако, по словам Ольги Сотчихиной — главного хранителя Государственного мемориального музея А.В.Суворова, истории Грусланова о находках вещей, связанных с легендарным полководцем, не подтверждаются документами. В собрании музея имеются только кресты из позолоченной бронзы.

Коллекционеры приобретают бронзовые новоделы офицерских крестов, исполненные в XIX веке, а также копии, сделанные в 1960-70-х годах для музейных экспозиций художником-реставратором ГИМ Евгением Буторовым. Уникальным случаем стала продажа в июне 2005 года на аукционе «Монеты и медали» подлинного золотого креста. Предположительно, он принадлежал иностранцу, служившему в русской армии. В штурме участвовало более десяти таких офицеров (в основном французы). Те из них, кто оставил мемуары, писали о взятии Измаила как несомненном триумфе, вынудившем турок заключить мир — триумфе, обеспеченном чудесами храбрости и большой кровью.


Оцените заметку

Средняя оценка (17)

тэги: аукционы, история, медали